Часть вторая. Производство

Собеседование

— Проходите. Садитесь. Воды?

— Нет, спасибо.

— Резюме я прочитал. Портфолио посмотрел. Два вопроса — и тест.

— Хорошо.

— Почему копирайтинг?

— Потому что я умею писать, а больше ничего не умею.

— Это честно. Вы из Таганрога, я видел. Почему не в Москву?

— В Москве пишут про то, что уже продаётся. Я хочу про то, что пока не продаётся.

— Это был не вопрос, но ответ хороший. Второй вопрос: почему к нам?

— Потому что у вас на сайте написано, что вы занимаетесь только теми проектами, которые вам интересны. Хочу посмотреть, правда ли.

— И как, по-вашему?

— Пока не знаю. У вас в услугах тридцать строчек, от лендингов до какого-то ЦРУ. Если вам интересно всё, это уже не позиция.

— Хорошо. Запомню.

— А про ЦРУ можно спросить?

— Можно.

— Что это?

— А как вы думаете?

— Я думаю, это шутка, за которой что-то есть. Иначе её бы давно убрали.

— Вот так и думайте. Портфолио у вас хорошее. Три текста для кофейни, два для фитнеса, один про страхование. Какой ваш любимый?

— Про страхование.

— Почему? Он самый скучный.

— Поэтому. Про кофейню писать легко: кофе все любят. А страховку никто не любит, её все боятся. Я писала про то, чего боятся, и его прочитали до конца.

— Откуда знаете, что до конца?

— Мне клиент сказал.

— Клиент сказал или клиент проверил?

— …Сказал.

— А что у вас не взяли?

— Слоган для фитнес-клуба. «Тело не врёт».

— Почему не взяли?

— Владелец сказал, что у него тренеры врут и клиенты это знают. Нельзя писать «не врёт» там, где все знают, что врут.

— Хороший владелец.

— Он закрылся.

— Почему?

— Не знаю. Наверное, тренеры врали.

— Хорошо. Тест. Вот кирпич.

— Настоящий?

— Настоящий. Красный, полнотелый, М150. С кирпичного завода под Ростовом, клиент нашего ростовского представительства. Мы им делали каталог: сорок оттенков красного, и все, кроме нас, видят четыре. Возьмите. Тяжёлый?

— Тяжёлый.

— У вас сорок пять минут. Напишите заголовок, после которого этот кирпич купят.

— Кто купит?

— Сорок пять минут. Время пошло.

— Подождите. Кто его покупает?

— Это часть теста.

— Хорошо.

— …

— …

— Извините, я отвечу. Да, Азиз. Да, письмо получил. Нет, не в июне, в июле. Почему в жару? Потому что вы сами написали, что летом плов лучше. Я поверил. Хорошо. Три языка — это не одно название на трёх языках, Азиз. Это три теста. Узбекский покупатель, русский и тот, кто в Милане. Каждому — своё. Поэтому и неделя, а не день. Хорошо. Плов — так плов. До связи.

— …

— Сергей Алексеевич, извините. Минута.

— Андрей, у меня тест.

— Я вижу. Я про кирпичный завод. Они хотят каталог ещё для казахского и белорусского рынков. Я им вчера сказал, что сначала надо понять, кто у них там покупает. Они говорят: прорабы, как и у нас. Через снабженцев. Мне считать?

— Считай. Потом. Андрей. Тест.

— Понял. Это тот самый кирпич?

— Тот самый.

— Красивый. Извините.

— …

— …

— Сколько прошло?

— Сорок три минуты.

— Я ничего не написала.

— Вижу.

— Можно я спрошу?

— Спрашивайте.

— Кто-нибудь его проходил? Этот тест?

— Нет.

— Ни один человек? А копирайтеры, которые у вас сейчас работают?

— Они тоже не прошли. Их взяли.

— Совсем никто?

— За два года тридцать один кандидат. Ни один.

— А вы сами?

— Что я сам?

— Вы сами его проходили? Ваш тест?

— …Проходил.

— И?

— Не прошёл.

— Вы придумали тест, который сами не прошли.

— Да.

— Тогда зачем он?

— Затем, чтобы посмотреть, кто спросит, кто покупает кирпич.

— Я спросила. Сразу.

— Вы спросили. А когда я не ответил, перестали спрашивать. Сорок три минуты сидели над кирпичом и думали, что ответ где-то в нём.

— А он где?

— У того, кто покупает. Кирпич покупает прораб, который его не видит: он смотрит на прайс и на сроки поставки. Кирпич покупает частник, который строит дом себе и боится, что через двадцать лет стена треснет. Кирпич покупает дизайнер, которому нужна фактура для лофта, и ему вообще всё равно, полнотелый он или пустотелый. Это три разных заголовка. Если вы пишете один заголовок на кирпич, вы пишете его никому.

— Значит, надо было не писать, а встать и уйти выяснять?

— Надо было спросить второй раз. И третий. Вам, между прочим, подсказали дважды. Я по телефону сказал, что три языка — это три покупателя. А Андрей Белкин, наш руководитель отдела продаж, при вас сказал, кто покупает этот кирпич: прорабы, через снабженцев. Вы это слышали?

— Слышала. Я думала, это не про меня.

— Здесь всё про вас, пока вы в этой комнате. А если я молчу и никто не заходит — выйти в коридор. Там висит календарь «Четвёрки», а на нём телефон их отдела сбыта. Они знают всех прорабов в крае, вы бы нашли первого за пять минут.

— А вы сами почему не прошли?

— Потому что я сорок пять минут писал заголовок для частника. Хороший. Про стену через двадцать лет. А потом подумал, что прораб его не прочитает, а дизайнеру он смешон.

— Получается, тест нельзя пройти.

— Можно. Его можно пройти, не написав заголовка. Если за сорок пять минут вы узнаете, кто покупает, и придёте с тремя вопросами вместо одного ответа, — вы прошли.

— Так никто не делал?

— Никто.

— А звонок вы подстроили? И Андрея?

— Звонок из Ташкента. Его не подстроишь, там сейчас вечер, и человек хочет плов. Андрей заходит без стука всегда. Тест просто идёт в офисе, а не в бункере.

— А я могу ещё раз?

— Тест одноразовый.

— Тогда можно я задам свои три вопроса сейчас? Не про кирпич.

— Про что?

— Про вас. Первый: кто у вас покупает тексты?

— Клиенты.

— Нет. Кто внутри клиента. Директор, маркетолог, жена директора?

— …Чаще всего — человек, который потом будет отвечать за этот текст перед директором. Начальник отдела маркетинга, менеджер по рекламе. Тот, кто подписал акт.

— Второй: чего он боится?

— Что текст будет смешной. Или что будет скучный. Одновременно.

— Третий: сколько вы платите джуну?

— …

— Вы молчите.

— Я считаю. Сорок тысяч на испытательный срок, потом шестьдесят. Плюс процент с проектов, где ваш текст выиграл тендер.

— Спасибо. Это все мои вопросы.

— И что вы теперь будете делать с ответами?

— Теперь я знаю, для кого у вас пишут тексты. Не для директора и не для покупателя кирпича. Для того человека в середине, которому потом отвечать. Ему и буду писать. Чтобы ему не пришлось оправдываться.

— Тест вы не прошли.

— Я знаю.

— Марго! Зайди, пожалуйста. Кира выходит в понедельник. Испытательный — три месяца. Оформи.

— Сергей Алексеевич, она же тест не прошла.

— Никто не прошёл, Марго. Она единственная, кто спросил меня, а не кирпич.

— Хорошо. Кирпич убрать?

— Оставь. Пусть лежит. У нас следующий кандидат в четверг.